Когда-то мне казалось, что Эльфийский лес не меняется.
Что он вечен и хранит память о каждом, кто когда-либо ступал по его мху.
Но в эту ночь, возвращаясь домой, я понял: мир может помнить...
и мир может забывать.
Туман лежал на тропе, словно покрывало, брошенное на тело умершего дня.
Я сделал шаг вперед, и деревья вздрогнули, будто от холода.
Вернулся...
Шепот или ветер? Я не был уверен.
Я помнил эту дорогу.
Когда-то я бежал по ней свободным, как стрелы, что пел мой лук.
Теперь же каждый шаг отзывался тихим треском, будто ломались кости
под тяжестью времени и памяти.
Шепоты следовали за мной.
Не враждебные. Скорее... оценивающие.
Я остановился у старого эльфийского кладбища.
Здесь лежали те, кто пал, защищая свет.
Но теперь казалось, будто свет покинул это место первым.
Я коснулся холодного камня.
— Я вернулся, - сказал я.
Ответ пришел не голосом.
А ощущением, что надгробья смотрят на меня в ответ.
Ты ушел. Мы остались.
Дорога повела дальше, в сторону хижины, которой раньше не существовало.
Окна светились желтым, как глаза зверя, подстерегающего добычу в ночи.
Я поднял лук. Вдохнул. Приготовился.
Но дверь открылась сама, будто знала, что я приду.
— Войди.
— Ты ищешь свет, но свет давно ушел из тебя.
Я не спорил. Только шагнул внутрь.
Тени вдоль стен двигались, как живые.
Мир передернулся. Реальность натянулась, как струна длинного лука.
Я почувствовал тяжесть чужой кожи. Не своей.
Будто мир примерял меня. Проверял.
И затем все сорвалось.
Я стоял уже не эльфом.
А тыквой с холодным огнем вместо сердца и пустым смехом в голове.
Голоса кружили вокруг.
Подходит ли тебе эта маска?
Или ты просто забыл свое лицо?
Я попытался взмахнуть рукой. Но рук не было.
Только тень страха, будто мир держал меня за горло.
А потом отпустил.
И маска исчезла.
Я снова стал собой. Но трещина осталась внутри.
Утес над морем встретил меня ветром.
Здесь всегда был покой. Но этой ночью даже волны дышали настороженно.
Я смотрел в темную воду и понимал:
я вернулся... но не такой, каким ушел.
— Кто ты теперь, yAyo?
— Свет?
— Или тень того, кем был?
Я не ответил.
Я просто поднял лук.
И шагнул в туман, туда, где мир еще не решил, прощает ли он меня.
Эльфийский лес больше не был прежним.
И я тоже.
Возможно, это честнее, чем вечность.
Я не вернулся.
Я пробудился.
И если тьма пришла в дом света - значит, стрелы должны быть острее.
